Вы на НеОфициальном сайте факультета ЭиП

На нашем портале ежедневно выкладываются материалы способные помочь студентам. Курсовые, шпаргалки, ответы и еще куча всего что может понадобиться в учебе!
Главная Контакты Карта сайта
 
Где мы?
» » » Вторичный анализ и вторичные исследования в социологии

Реклама


Вторичный анализ и вторичные исследования в социологии

Просмотров: 7375 Автор: admin
Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

Вторичный анализ и вторичные исследования в социологии
В статье рассматриваются категории «вторичный анализ» (ВА) и «вторичные исследования» (ВИ) и их место в структуре современного социологического знания. В принципе ВА и ВИ существуют или могут существовать в любой науке, но становление информационного общества ускоряет процесс их актуализации. В статье даются определения понятий, соотношение ВА-ВИ с другими социологическими исследованиями, излагается собственный опыт проведения сложного вторичного исследования, в заключение дается типология вторичных исследований, выявленных автором.Знакомство с иностранной литературой и обзор отечественной социологической литературы по проблемам вторичного анализа [1-6] привели нас к некоторым выводам. Один из них, довольно банальный, но не потерявший смысла, состоит в том, что ВА и ВИ являются частью анализа данных в социологии. По этой отрасли социологического знания написано большое количество литературы, имеется множество разработок, достигнуты значительные успехи. Но развитие никогда не бывает равномерным, и за «анализом данных» «не заметили» такие специальные виды анализа, как вторичный анализ (ВА) и порожденные им вторичные исследования (ВИ). На самом деле этот факт не случаен, и ему можно найти более серьезное обоснование.
ВА и ВИ предполагают возврат к уже осуществленным исследованиям с целью получения дополнительной информации при решении новых задач. Для этого сама информация должна быть «в цене», стать ценностью, а это случается не всегда, но именно тогда, когда процессы информатизации, становления информационного общества развиваются успешно и достигают известной зрелости. Наше же общее отставание в фазах научно-технического и социально-экономического развития является по большому счету главной причиной того, почему вторичный анализ и вторичные исследования развиваются у нас медленно. Связь между социологической методологией и масштабными социальными процессами свидетельствует также о том, что эта методология не замкнута на себе, а является частью общенаучного процесса и прогресса. ВА существует не только в социологии, но и в других науках, т. е. имеет общенаучный характер.
ВА в широком смысле слова существует во все времена. Установка, устремление, нацеленность исследователей на получение максимума нового знания в каждом исследовании является специфической мотивацией науки как сферы деятельности. Это не исключает возможности избыточной и незамеченной информации, которую можно извлечь позднее. Если вы встречаете исследователя, который не склонен выделять вторичный анализ как специальную процедуру, не торопитесь его опровергать. За этим, как правило, стоит понимание процесса развития науки как непрерывного, где сплетаются друг с другом «анализы» — первичный, вторичный, третичный и т.д., образуя бесконечную череду, превращаясь в иерархический анализ. Такое понимание непрерывности развития науки включает и мысль, высказанную Ньютоном, которому приписывается фраза: «мы видели дальше, так как стояли на плечах своих предшественников». Подобное «отрицание» вторичного анализа напоминает, скорее, его признание и принятие как одного из важных элементов научного познания.
Однако задача социолога-методолога и просто исследователя, проводящего ВА и ВИ, состоит в том, чтобы уйти от слишком широкого истолкования терминов и стараться выделить узкий, специальный их смысл. ВА и ВИ не только существуют во все времена, это и новые виды методологии и методики. Как уже отмечалось, у них есть вполне конкретные причины появления (информатизация и проч.). В условиях высокой ценности информации в современном обществе возврат к старым исследованиям как признак ВА и особенно разработка новых, специальных методов получения, углубления, уточнения, использования дополнительной информации имеют большой смысл для социологии в целом и социолога — вторичного аналитика, в частности. Не исключено, что эта деятельность может стать новой специальностью внутри социологии.
Вот как описывает Г. Хьюмен, один из специалистов по ВА, поведение вторичных аналитиков [6, р. 64]. Он подчеркивает постоянную их озабоченность сбором крупиц нового знания. Для этого они должны иметь развитую профессиональную интуицию и постоянно быть начеку. Для них характерны «охота», «выслеживание» «выуживание», даже «выглядывание» возможностей ВА и прироста информации. Старая и новая информация, — а под ними имеют в виду как целые исследования, так и отдельные настораживающие, привлекающие внимание необычные цифры, — сочетаются между собой и анализируются заново. Поскольку информация «в цене», ее незазорно добывать любыми способами.
Итак, вторичная информация, ее поиск и даже «добыча» присущи всей науке и особенно ее современному состоянию. Помимо широкого, следует находить и узкий, специальный смысл вторичного анализа и вторичных исследований, ибо они представляют собой и относительно новые виды специальной методологии, методов, процедур, типов исследований, в большей степени адекватных эпохе информатизации и символизирующих цену информации.

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ
Однако пока более распространен термин «вторичный анализ», а термин «вторичное исследование», если и употребляется, то как синоним первого. Это и понятно, так как между ними существует явная лингвистическая и смысловая близость. «Анализ», если он не употребляется как противоположность «синтезу», по существуя равнозначен «исследованию», и наоборот. И все же интуитивно ясно, что «исследование» имеет собственный статус. Оно шире «анализа» так как состоит из частей (программа, цели, задачи, гипотезы исследования), только одной из которых является анализ, понимаемый как метод работы с данными. Если исследование отвечает на вопрос, что мы изучаем, что знаем и хотим узнать дополнительно, то анализ отвечает на вопрос, как это сделать. Так или иначе, задача состоит в том, чтобы вписать вторичный анализ в систему категорий социологии, найти место вторичному исследованию среди типов социологических исследований в соответствии с его спецификой.

Вторичный анализ как метод
В отечественной социологии ВА принято определять как метод, но обычно не поясняется — методом чего является ВА. Между тем методов и даже — групп методов (методик) — в социологии предостаточно. Специалисты-методологи (например, В.А.Ядов, Г.Г.Татарова [7, 8]) выделяют: методы эмпирической интерпретации понятий (операциона-лизации); методы сбора данных; методический инструментарий исследования, включающий в себя совокупность технических приемов, процедур; формирование вторичных показателей — коэффициентов и индексов; методы математической обработки данных и их дальнейшей интерпретации. И этим отнюдь не исчерпывается анализ социологических данных как часть методологии социологического исследования. Чтобы определить вторичный анализ, желательно получить ответ на вопрос, к каким именно методам относится ВА, в чем его методологическая (методическая) функция и специфика.
ВА как метод нельзя отнести к методам сбора первичных эмпирических данных, являющимся главным источникам первичной информации (опросы, изучение документации и т. д.), так как вторичный анализ ничего не собирает. Он не только не предполагает самостоятельного, специально организованного исследования, но даже исключает его: использование накопленной другими исследователями информации — его стихия, его специфичность. Главная функция, предназначение ВА состоят в формировании нового информационного поля из «чужой», «готовой» эмпирии.
Будучи несамостоятельным, ВА нуждается в первичной информации, т. е. первичном исследовании, находит его и как бы внедряется в первичное исследование — после сбора первичной информации, а возможно, и после первичной обработки данных и их первичного анализа.

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

«Производство» или получение вторичной информации — основное предназначение и методологическая функция ВА. Именно так определяли ВА М. С. Мацковский и О. В. Ермакова (1976), которые были одними из первых, кто употребил ВА в нашей социологии. «Вторичным анализом, — пишут они, — будем называть метод получения вторичной информации» [2]. Они ее и получили, подвергнув контент-анализу рубрикатор иностранных публикаций по социологии семьи. В результате этой работы прояснились основные, преобладающие направления в западной социологии семьи, ее актуальные проблемы, а также отличия в состоянии социологии семьи (и самой семьи) в СССР и на Западе. Характерно, что для вторичного анализа был использован контент-анализ, который хотя и является методом сбора данных, но и сам в известном смысле вторичен как поиск вторичного, латентного смысла в первичной, поверхностной информации.
Известны и другие, ставшие классическими случаи проведения ВА в отечественной социологии. Мы имеем в виду вторичное исследование Г. Г. Татаровой структуры досуга населения СССР, проведенное на базе первичного исследования бюджетов времени, осуществленного группой В. Д. Патрушева, в которую входила и Г. Г. Татарова [9].
Для получения новой, вторичной информации ею был использован метод перекодирования анкет, собранных в первичном исследовании. Это довольно трудоемкая и тонкая процедура, связанная с переинтерпретацией понятий, которая в силу этих причин редко применяется. Затем уже использованные, а вернее, вновь сформированные данные, были подвергнуты обычной, но иной, чем в первичном исследовании, возможно, более глубокой математической обработке. Завершение работы было стандартным (интерпретация данных), но результаты оказались гораздо более богатыми, чем в исследовании В. Д. Патрушева, изучавшего только поведение группы мужчин в конце недели при сокращении рабочей недели с 48 часов до 41 часа (реформы Н. С. Хрущева). Этот пример свидетельствует о том, что вторичное исследование — полноценное исследование, и его результаты не хуже, чем в любом другом исследовании, или даже превосходят их. Естественно, это зависит не от типа исследования, а от профессионализма и интуиции исследователя.
Таким образом, ВА, не будучи сам методом сбора данных, сочетается с различными методами сбора информации в первичном исследовании и применяет различные методы формирования нового информационного поля во вторичном исследовании. Это безразличие ВА к методам, применяемым в процессе первичного исследования (Хьюмен: «количественная операционализация одинакова в первичном и вторичном анализе» [6, р. 73]) отсутствие «противопоказаний» на их применение, на наш взгляд, придают универсальность ВА. Практически единственное ограничение в применении ВА состоит в несопоставимости показателей и, может быть, несопоставимости концепций первичного и вторичного

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ исследований, но это уже другая методологическая проблема, решаемая в каждом отдельном случае.

Отсутствие связей между ВА и другими приемами и процедурами анализа вновь отмечает Г. Хьюмен: «К несчастью, не существует систематического, четкого определения принципов и процедур ВА» [6, р. 5]. Видимо, отсюда огромная роль случая, интуиции, инсайта во ВА, что отмечают многие исследователи.
В связи с применением ВА некоторые социологи предпочитают употреблять не столько термин «получение информации», сколько более сильный термин «производство информации». Так, А. И. Пригожий вспоминает запомнившийся ему эпизод работы в Таганрогском исследовании. Б. А. Грушин, руководитель исследования и признанный кумир социологической молодежи, желая подчеркнуть активный характер всего процесса получения информации, говорил: «информацию не собирают как грибы, ее производят». В классическом варианте эту или близкую мысль высказывал Э. Дюркгейм, создавая свою концепцию «социального факта». Таким образом, подчеркивается активный характер информационных процессов — их сбора и переработки.
Если это относится ко всей информации, то к ВА это относится вдвойне. Вторичный анализ как метод и специфичен и функционально активен, как это говорилось о производстве информации. Он не может быть другим, потому что не имеет собственной первичной информации, заимствует ее. Новое исследование вырастает на базе старого, на «чужой» базе, его нельзя описать без ссылки на первичное исследование, которое в этой связке получает название базового, исходного, оригинального исследования, донора информации.
Итак, основную методологическую функцию ВА можно определить следующим образом: ВА есть метод формирования нового информационного поля с дальнейшим применением методов и процедур, употребляемых в обычных социологических исследованиях. Вторичным назовем исследование, в котором применяется вторичный анализ как метод. Это кажется тавтологичным, однако верно по существу. С другой стороны, ВА и ВИ содержат некоторые дополнительные черты, которых мы коснемся позже.
Итак, ВА как метод не имеет отношения к сбору данных, но он имеет отношение к их преобразованиям и подготовке показателей к решению новых исследовательских задач, т. е. к методам обработки данных. Именно здесь должны применяться различные процедуры, техники, приемы, способы работы с показателями. Это входит в понятие производство информации и преобразования первичной информации. Один из таких методов-приемов был уже назван — перекодирование анкет в исследовании Патрушева—Татаровой. Но это только пример. В процессе обработки данных и подготовки нового информационного поля используются инте-гративные показатели, коэффициенты, индексы, строятся новые шкалы, используются различные измерительные техники, производится типоло-

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования газация, строятся модели, под которые подбираются показатели, и производятся мысленные эксперименты.

Важность этого этапа вторичного анализа состоит и в том, что здесь неуловимым образом осуществляется переход и к методам математической обработки. В случае вторичного анализа желательно, чтобы методы математической обработки отличались от методов, уже примененных к этому массиву данных в первичном исследовании, так как на деле от них во многом зависит новый результат и интерпретация.
Другими словами, при формировании нового информационного поля может быть задействован весь арсенал средств работы с показателями и индикаторами и подготовки их к математической обработке. Заранее предсказать, в каком случае использовать тот или иной технический прием, невозможно, этот вопрос решается вторичным аналитиком конкретно. В зависимости от исследовательских задач и своей интуиции исследователь сам принимает решение об использовании того или иного технического приема, процедуры. Важно еще раз отметить, что сам по себе вторичный анализ ничего не предписывает, он свободен от каких-либо устойчивых связей с теми или иными методами. Он «пуст», как, впрочем, «пуста», «бессодержательна» в принципе и вся методология. Тот факт, что ВА демонстрирует эту «бессодержательность», говорит в его пользу как настоящего методологического средства. Понятно, однако, что за всем этим стоит содержательный, качественный анализ и теоретические предпочтения исследователя, которые и наполняют содержанием всю форму, превращая тем самым вторичный анализ во вторичное исследование.
Однако не все зависит и от самого исследователя, так как сам эмпирический материал оказывает «сопротивление», поддается или не поддается тем или иным преобразованиям. Это значит, что вторичный аналитик, в отличие от авторов первичного исследования, не волен, как они, ставить любые, фактически априорные задачи и научные цели и их разрабатывать. Во вторичном исследовании программа исследования, задачи и гипотезы в значительной степени формируются в процессе создания информационного поля и преобразования исходных данных. А это значит, что ВА не ограничивается местом, этапом, которые мы ему вначале отвели — формированием информационного поля.

Вторичный анализ и другие виды анализов
Выше уже упоминалось, что в структуре анализа социологических данных имеется еще одна (и не последняя) группа средств анализа, которую Г. Г. Татарова называет иногда «языками анализа данных» [8] (что кажется нам не вполне удачным термином), иногда «видами анализа». Они образуют достаточно длинный ряд, в котором находится место и вторичному анализу. Приведем этот ряд, построенный Г. Г. Татаровой.

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ
Виды анализа: факторный, типологический, причинный, детерми-национный, сравнительный, вторичный и др. [8, с. 11, 188]. Более глубокому пониманию ВА способствовало бы сопоставление его с другими видами анализов с целью выявления его особых черт. Однако и сама Г. Г. Татарова не проделала такой работы (ВА — не предмет ее внимания и упоминается в перечне через запятую лишь 2-3 раза во всем тексте). Не будем утверждать, что это удалось нам. И все же выдвинем гипотезу, что языки анализа отличаются тем, что каждый из них построен по своему основанию, и потому конкретные «языки» несравнимы между собой. Они производят математическую обработку данных под некоторую цель, т. е. решают лишь определенный круг задач, обладают качественной определенностью. Так, факторный анализ (как и корреляционный) измеряет взаимосвязи между признаками социальных объектов, выявляя из них факторы, т. е. те признаки, которые реально влияют на изменение предмета исследования, и оценивает их силу. Однако отличить характер связи — является ли она причинно-следственной связью или связью сопутствия — факторный (и корреляционный) анализ не может.
Другое дело причинный анализ, который Г. Г. Татарова оценивает не как отдельный метод, а класс методов — «мета-методику» [8, с. 197]. Причинный анализ включает в себя моделирование, предполагает построение содержательной модели с объяснительными функциями. В этих «языках», видах анализа в разных пропорциях сочетаются количественные и качественные характеристики.
Типологический анализ, по которому Г. Г. Татарова в дополнение ко всему является также узким специалистом, тоже содержит в себе сочетание количественных и качественных подходов. «Типы» вообще являются преимущественно теоретическими конструкциями (М. Вебер), они предполагают для своего построения разработку цели, оснований, критериев типологизации. Типы бывают и эмпирическими, если на собранные эмпирические данные накладывается некая формализованная схема, или производится математическая классификация (например, методом кластерного анализа). Типологизация, как и другие виды анализа, относится не только к этапу математической обработки данных, но и к другой части социологического исследования — к интерпретации, содержательному анализу.
Таким образом, виды анализов, с одной стороны, являются математическими процедурами, с другой — они содержательны и концептуальны, и в разной мере содержат в себе соотношение качественных и количественных элементов.
Но что по этому поводу можно сказать о самом ВА? В чем особенность его как вида анализа данных? Есть ли в нем указанные элементы, и если да, то в каких пропорциях? Какие у него «основания»?
На наш взгляд, таким основанием, как и в других видах анализа, может служить предназначение ВА, его функции. Назовем основные из них. Это функция получения дополнительного знания из данных, «бывших в употреблении», она совпадает с тем, что говорилось раньше о получении

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

вторичной информации и формировании нового информационного поля. Вторичный анализ обладает функцией обобщения, особенно в случаях, когда информационное поле создается из данных нескольких первичных исследований. Вторичный анализ наиболее широко используется при построении динамических рядов и трендов, что свидетельствует о функции изучения социальной динамики. Наконец, применение вторичного анализа, как правило, становится одновременно и проверкой качества данных, качественного уровня исследования, выявления ошибок. Эти функции, их неповторимость и сочетание позволяют говорить о самостоятельной ценности ВА, о том, что он занимает свое особое место в ряду других названных выше видов — «языков», по Г. Г. Татаровой, анализа. Действительно, и языков в прямом смысле тоже, потому что у ВА как вида анализа есть свой круг терминов, среди которых ключевым словом, важным для понимания ВА является слово «информация». ВА отчасти создал, отчасти вошел в целое семейство терминов, связанных с информацией: информационное поле, информация первичная и вторичная, информационный массив, производство информации, анализ информации, не говоря о словах, близких к информации, но с другими корнями.
Что касается функций ВА, то именно они и виды или способы получения информации должны стать критерием вьщеления основных типов вторичных социологических исследований.
Завершая рассмотрение ВА как метода, вернемся к вопросу о статусе ВА. Не будет ошибкой сказать, что ВА, будучи «всего лишь» методом работы с данными, пронизывает все этапы соответствующего социологического исследования и фактически имеет статус не ниже, а может быть, и выше, чем статус вторичного исследования. Возможно поэтому из двух понятий именно вторичному анализу было отдано предпочтение при разработке всей этой тематики, «его имя» носит все направление работ.

Вторичное исследование
Выше мы определили вторичное исследование как то, в котором применен вторичный анализ как метод, и не отказываемся от этой формулировки. Но она должна быть раскрыта и дополнена. Раскрытию специфики вторичного исследования будет, на наш взгляд, способствовать обращение к такому понятию, как «исследовательская стратегия».
Термин получил широкое распространение в последнее время, особенно после появления книги В. А. Ядова «Стратегия социологического исследования» (1998) [7]. В сущности стратегия задается программой исследования и мало чем от нее отличается. Разве что содержит самые общие требования, предъявляемые к исследованию, общую ориентацию и потому не ограничивается программой, а распространяется на все исследование в целом. Поэтому в нашем случае правильнее употреблять

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ

понятие «стратегия» применительно не к ВА как методу, а именно к ВИ, т. е. исследованию.
Конечно, стратегия в каждом исследовании своя. Можно ли говорить о стратегии некоторого типа исследования? Если да, то какова она приме­нительно к вторичному исследованию, которое начинается с вторичного анализа чужих данных и определяется им?
На наш взгляд, стратегией вторичного исследования является некоторая установка исследователя и его готовность следовать некоторым правилам, специфичным для данного типа исследования. Приступая к вторичному исследованию, вторичный аналитик должен знать, что его ждет. Таким образом, стратегия ВИ может рассматриваться и как психологическое понятие, но в основе его лежит тот отмеченный выше факт, что ВА — не только стадия, фаза социологического исследования, связанная с формированием нового информационного поля (хотя это главное), но и то, что В А накладывает свой отпечаток и на другие стадии и фазы исследования, т. е. пронизывает его целиком.
Одной из особенностей вторичного исследования, а на этом должна строиться и его стратегия, является роль случайности и инсайта во вторичном исследовании. На личном опыте проверено: приступая к ВА еще на стадии отбора первичных данных, заимствованных, скажем, из архивных хранилищ, никогда не знаешь, что из этого получится. Очень высока степень неопределенности, в частности, пригодности первичных данных для дальнейшего анализа, их сравнимости, выбора способов обработки и т.д. Сама концепция исследования оказывается не вполне ясной и постоянно меняется в ходе исследования вслед за возможностями наличного эмпирического материала. Все зыбко, подвижно, иллюзорно. Отсюда и большая роль инсайта, озарения во вторичном исследовании. Ее отмечали многие исследователи.
Уже упомянутый выше американский методолог ВА Герберт Хью-мен, ориентируя вторичного аналитика на особое поведение — «охоту», «выслеживание», «выуживание» и т. д. информации ради ее прироста и осуществления ВА, описывал именно исследовательскую стратегию в специфической научной ситуации в США, когда новое знание в старой эмпирии можно находить только крупицами: информация первичных исследований используется максимально полно ввиду ее высокой ценности, и одновременно поиск неиспользованной, старой информации хорошо стимулируется с помощью специальных заказов. Естественно, поэтому возрастает роль случайности в поиске эмпирических данных, чем в основном и заняты вторичные аналитики. Другими словами, исследовательская стратегия ВА строится с учетом возрастания роли случайности и инсайта.
В нашем варианте информация используется неважно, общедоступных архивов социологической информации мало, они еще только создаются, в каждом научном подразделении пылятся папки с данными проведенных исследований, информация «валяется под ногами», и можно проводить полноценные вторичные исследования, а не гоняться за пустяками. Может быть, роль случайности в этом случае уменьшится? Нам

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

кажется, что правильнее говорить не столько о случайности, сколько о неопределенности, упомянутой выше. Именно она особенно велика и связана с природой вторичного исследования: во вторичном анализе, скорее, материал ведет и ограничивает исследователя, а не наоборот.
Идею особой роли инсайта во вторичном исследовании поддерживают (и самостоятельно к ней пришли) русские социологи В. Б. Якубович, В. П. Горяинов и др. Так, В.Б.Якубович пишет: «Лично я, приступая к компьютерной обработке данных, всегда тешу себя надеждой найти то самое „чуждое" (связь, типологию и т.д.), что не закладывалось в инструментарий. Если у нас говорить об этом как-то не принято, то в зарубежной социологи такой прием получил официальный статус „вторичного анализа"» [10, с. 25].
В. П. Горяинов считает, что вслед за принципиальной установкой на проведение вторичного анализа необходимо найти, открыть на чужом поле идею, проблему, которая может стать предметом вторичного исследования. Но открывается она с помощью инсайта, озарения. Последний, вообще говоря, обрекает исследователя на ожидание случая, что нежелательно. Нужно стимулировать появление инсайта. Для этого нужны и стратегия исследования, и более подробная программа поиска, включающая даже построение графиков, схем и начало работы с первичной эмпирической информацией, чтобы не просто ждать инсайт, но проявлять активность и способствовать его появлению [5, 11].
Неопределенность, большая роль случайности и инсайта свойственны ВИ потому, что «сливки» уже «сняты», эмпирический материал уже использовали другие исследователи. Значит нужен новый подход, нестандартные и альтернативные идеи, — здесь озарение не помешает. Сложность этой задачи и в том, что новое видение предмета исследования должно рождаться из данного информационного поля органично, без насилия над эмпирическими данными, без «подтягивания» их к новым задачам, а такая опасность существует.

Вторичное и повторное исследования
В начале статьи уже была поставлена задача вписать ВА в систему категорий социологии, а вторичные исследования — в систему типов социологических исследований. Сейчас мы приступаем ко второй части этой задачи. Предполагается, что вторичное исследование является са­мостоятельным типом социологического исследования и само подлежит типологизированию.
Мы исходим из того, что вторичное исследование имеет и должно иметь собственный статус в семье различных социологических исследований. Сейчас это не совсем так. Уже отмечалось, что термин употребляется очень редко и главным образом как синоним вторичного анализа. Нам кажется также, что вторичное исследование растворилось в двух типах

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

исследований — повторном и сравнительном. Поэтому будет уместно сравнить прежде всего вторичное и повторное исследования.
Понятия вторичное и повторное исследования лингвистически очень близки, и кажется, что они относятся к одному и тому же явлению. Возникает вопрос, нужны ли оба термина или достаточно одного? Если нужны оба, то каково соотношение между ними? Термин повторное исследование, на наш взгляд, более прозрачен, ясен, употребляется в своем прямом смысле. Главной особенностью повторных исследований является требование единства предмета изучения и тождественности средств его измерения, что делает проведенные исследования сравнимыми между собой. При этом респондентами могут быть одни и те же или разные люди в зависимости от типа повторного исследования.
Типов повторных исследований довольно много. Главные из них — панельные, когортные, лонгитюдные, тренд-исследования. Для них характерны многократные опросы (т.е. повторения) при сохранении в методических документах (анкетах, опросниках) одних и тех же показателей как непременного условия сравнимости. Хорошо известны повторные исследования, проведенные В. А. Ядовым, В. Н. Шубкиным, Э. Сааром и др. и их коллективами. В последнее время повторение исследования все чаше планируется заранее, т. е. закладывается в программу исследования, даже если исследование не претендует на то, чтобы быть панельным, когортным или лонгитюдным: всегда полезно знать динамику изучаемого феномена (см., например, исследования И.Т.Левыкина [12, 13], И.И.Лапина [14]).
У повторных исследований свои законы: они касаются интервалов между опросами, возможностей изменения методик. Так, не рекомендуется, чтобы интервалы были слишком большими, особенно в периоды нестабильности общества, а в методиках менялись (а не просто добавлялись) вопросы.
Но какими бы по типу не были повторные исследования, они всегда собирали информацию заново, т. е. социологи выходили в социологическое поле и проводили массовые опросы. Это типичные первичные (базовые, оригинальные, независимые и т.д.) исследования. Здесь проходит главное различие между повторными и вторичными исследованиями. В последнем случае, как уже не раз говорилось, выход в поле и сбор информации отсутствуют, информация заимствуется нередко из разных источников, не отличающихся единством основных параметров исследований, особенно единством методик. Да и в случае одного базового исследования, на котором строится вторичное исследование, исследователю предстоит работа по формированию нового информационного поля. Поэтому осуществление вторичного исследования, по крайней мере в части обработки информации, оказывается задачей не менее сложной, чем в случае проведения первичного исследования. Возникают методические проблемы переинтерпретации данных и/или преодоления их несопоставимости. Поэтому к вторичному исследованию прибегают не часто, а в случаях изучения «масштабных и долговременных
социальных процессов, где единовременный сбор достаточного массива данных сильно затруднен или вообще невозможен» [15, с. 36].
Сейчас в связи с созданием архивов данных и регулярного сбора данных специальными фондами по типу мониторинга положение несколько изменилось: появилась возможность брать готовые и, что особенно важно, сравнимые данные, которыми можно относительно легко оперировать. Это сильно меняет представления о социологическом исследовании как жестко внутренне связанной структуре и вводит явно или неявно представления о гибкости этих структур, их многозначности и возможности альтернативных выводов. Здесь легко не заметить возможные ограничения (а, следовательно, пренебречь ими), — ограничения, касающиеся способности переходить от одной задачи к другой при одном и том же измерении. Нужно то самое преобразование информационного поля, в результате чего «один показатель в разных исследованиях» описывался бы «различными индикаторами» [7, с. 235].
Указанные различия не исключают сходства между повторным и вторичным исследованиями. Самое большое из них — общая функция: использование обоих видов исследований в изучении социальной динамики. В повторном исследовании эта функция просто преобладает, во вторичном она не единственная, но очень важная.
Сказанное свидетельствует о том, что ни одно из исследований не дублирует другое, они нужны оба потому, что они разные. Так что семья типов социологических исследований увеличилась за счет нового члена, а именно вторичного исследования.

Типы вторичных исследований
Внутри самого вторичного исследования можно выделить различные типы, если изменять основания типологизации. Эту тему разрабатывал М. М. Алхасов [3]. Он выделял следующие основания и типы ВИ: по способу представления данных (3 типа), по отраслевой принадлежности (2 типа), по содержательной ориентации (2 типа), сравнительные ВИ (2 типа). Однако нам такая типология кажется малоинтересной. Поэтому мы предлагаем типологизировать вторичные исследования по функциям, а также по способам получения и характеру используемой информации. Приведем соответствующие примеры.
Первая функция — получение нового знания на одном и том же информационном поле, общем для первичного и вторичного исследований — присуща всем вторичным исследованиям и потому, строго говоря, не может служить критерием для типологизации. Но отношение к необходимости создания нового информационного поля уже может служить дифференцирующим фактором. Одни авторы вторичных исследований такое поле создают сами. Мы уже неоднократно ссылались на исследование Татаровой на материалах Патрушева — для нас это пример

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

классического ВИ в отечественной социологии. Г. Г. Татарова, как уже говорилось, применила метод перекодирования анкет для создания нового информационного поля, а затем подвергла эту вторичную информацию новой математической обработке и получила хороший результат касательно структуры проведения досуга различными группами населения, типов поведения в досуге.
Другой подход применил В. ГГ. Горяинов, который проводил вторичные исследования на материалах «Фонда общественное мнение». Некоторые из этих исследований использовали результаты первичного исследования, подвергая их лишь новой математической обработке. В этом случае исследователь получал новое знание лишь за счет избыточной информации, содержащейся в первичном исследовании, за счет того, что авторы первичного исследования упустили некоторые возможности. Сам В. П. Горяинов назвал такие вторичные исследования «традиционными». Но он же провел ВИ более радикального типа: первичные данные были подвергнуты концептуальному переосмыслению, т.е. переинтерпретации с последующей математической обработкой, и получил новый результат, как нам кажется, более высокого качества. Некоторые из его вторичных исследований, проведенных на одном и том же массиве данных, требовали настоящего инсайта при получении нового знания и сопровождались сменой первоначальной концепции [16].
Если же обратиться к истории нашей социологии 60-х гг., то мы найдем по крайней мере несколько крупных исследований, которые действительно обладали таким запасом избыточной информации, что их результаты еще долгое время разрабатывались и обобщались многими другими исследователями, или, как мы теперь говорим, вторичными аналитиками. Мы имеем в виду исследование, проведенное в г. Горьком под руководством Г. В. Осипова, и знаменитое Таганрогское исследование под руководством Б. А. Грушина. Этот пласт истории отечественной социологии под углом зрения наличия в нем вторичных исследований еще предстоит изучить.
Следующая функция ВИ — обобщение результатов нескольких независимых, не связанных обшей методикой первичных исследований. Это очень сложный и потому редкий случай, к нему трудно подобрать пример, но рискую назвать собственное вторичное исследование, осуществленное на материалах, полученных группой И.Т.Левыкина при изучении образа жизни советских людей. Результаты этого ВИ будут приведены ниже [17].
В этом же вторичном исследовании решалась еще одна задача — использовать имеющуюся информацию для построения тренда, динамики отношения к труду, описывался способ, каким ВИ может участвовать в изучении социальной динамики. Эта функция вторичных исследований — одна из важнейших, она сближает вторичные исследования с повторными.
Функция проверки качества проведенных исследований с применением математических методов осуществляется на Западе специалистами
в области метаанализа как разновидности вторичного анапиза. В отечественной социологии нам известно лишь одно исследование такого рода, Его автор — О. В. Ершова [18].
Метаанализ применяется по отношению к завершенным первичным исследованиям (отсюда «мета», «после»). Первичных, подвергаемых метаанализу исследований может быть несколько, что повышает эффективность метаанализа, усиливает возможности сопоставления, сравнения результатов проведенных исследований. Здесь же возникает возможность интегрировать узконаправленные исследования в комплексное многосто­роннее исследование, т. е. метаанализ способен не только сравнивать результаты нескольких исследований, но и объединять, укрупнять, обобщать их результаты (первая функция). Если в обычном ВИ осуществляется в основном качественное сравнение методических средств базовых исследований, то в исследованиях, называемых метаанализом, применяются статистические процедуры к совокупностям эмпирических данных, производятся количественные вычисления проверочного характера. В ситуации сравнения нескольких близких по темам и аналогичных по содержанию исследований метаанализ способен дать более объективный ответ на вопросы о предпочтительности примененных методик, верности гипотез и выводов. О. В. Ершова сама произвела метаанализ двух независимых исследований, проведенных ВЦИОМ и Социоэкспресс, и расчеты отдали предпочтение в точности результатов Центру Социоэкспресс.
Таким образом, четырем функциям ВА-ВИ соответствуют и типы вторичных исследований, в разной степени разработанные, вернее, разра­батываемые в нашей социологии. Если сменить критерий типологизации и ввести новый, например, характер используемой информации, характер ее получения, то обнаружатся иные типы ВИ.
Если выше мы рассматривали случаи, когда основным источником информации для вторичного исследования служили самостоятельные первичные исследования как доноры информации, то сейчас следует рассмотреть другой случай, который теперь становится правилом: главным источником получения первичной информации становятся специальные учреждения, фонды, информационные центры, проводящие регулярные опросы по актуальным социальным проблемам — мониторинга. Это значит, что социологи все чаще обращаются к этим данным и все чаше осуществляют не что иное, как вторичные исследования типа «мониторинговых».
В них соблюдено главное условие «вторичности»: аналитики используют «чужую» информацию. Мониторинговые исследования становятся главным источником информации для ВИ, информации, обладающей важным достоинством — сравнимостью и, как можно надеяться, высоким качеством. Мониторинг позволяет строить динамические ряды и дает мощный импульс для развития вторичных исследований вообще и особенно исследований в области изучения именно социальной динамики, социального прогнозирования. Мониторинговые исследования облегчают работу социолога, повышают качество вторичного исследования,

Раздел III. Информатизация общества и вторичный анализ

Глава 7. Вторичный анализ и вторичные исследования

обеспечивают актуальность поставленных проблем, делают информацию общедоступной и своевременной. Эти качества мониторингового исследования соответствуют современным требованиям, предъявляемым к информации, и превращают мониторинговое исследование в самый массовый и популярный тип социологического исследования.
Мониторинговые исследования обладают своеобразным «демократизмом», ведь на их основе проводятся исследования с альтернативными результатами, что напоминает многообразие мнений по поводу одного и того же социального факта. Они включены в рыночные отношения, поскольку информация, а также возможная обработка данных, могут предоставляться за деньги, информация действительно становится ценностью. Таким образом, этот новый тип социологического, в том числе вторичного, исследования находится на пересечении важнейших социальных, социально-экономических, научно-технических и культурологических процессов.
Вместе с тем нельзя не отметить, что мониторинговое исследование не решает всех методических и методологических проблем. Так, если проблема сравнимости показателей решается, то проблема построения нового информационного поля, адекватного новым задачам, остается. А потому сохраняет свое значение тот вид ВА, который получил название метаанализа, математической проверки валидности показателей, верификации исследования в целом.
Есть еще один перспективный тип исследования, который, по нашему мнению, может быть отнесен к вторичным исследованиям — это исследования, проводимые с использованием так называемых социальных индикаторов. Они довольно сильно отличаются от исследований, проводимых посредством массовых опросов, о которых речь шла до сих пор. Если в случае массовых опросов речь идет о совокупности мнений и оценок респондентов, то в случае использования социальных индикаторов исследователь имеет дело с государственной статистикой, макропоказателями, из которых большинство сначала представляли экономические показатели. Лишь позднее произошла «социологизация» показателей, и в систему индикаторов были включены субъективные оценки типа удовлетворенности различными сторонами жизни как результат репрезентативных страновых опросов, их рекомендовалось проводить раз в несколько лет.
Само «движение за социальные индикаторы» [19] возникло в 40-50-е гг. как международное и имело целью стандартизировать национальные статистики с тем, чтобы можно было осуществлять межстрановые сравнения и производить оценки макросоциальных проблем. К этому времени уже начали формироваться глобальные проблемы и международные организации, которые ими занимались (ООН, ЮНЕСКО, МОТ и др.). Основными проблемами были проблемы уровня жизни — демографические (рождаемость, детская смертность, медицинское обслуживание и проч.), проблемы бедности, низкого уровня жизни, доступности
образования для различных социальных групп, проблемы занятости и т. д. Речь шла главным образом о слаборазвитых странах.
Под каждую из проблем формировался набор показателей в некотором интервале — от нескольких показателей (общее описание проблемы) до десятков и даже сотен показателей (более подробное описание). Международные организации в соответствии с состоянием проблем и стран оказывали последним ту или иную помошь.
В социологии социальные индикаторы описывали такие макропонятия, как уровень, качество и образ жизни, социальная стабильность, социальная напряженность. После периода отвержения такого подхода, наша социология приняла его — не только сами показатели, но и способы их расчета, связи между ними и влияющие факторы. В отечественной социологии проведено довольно много исследований образа жизни, но, главным образом, использовался метод опроса, анкетирования. Мы же ведем разговор о вторичных исследованиях, построенных на статистических данных. Такого рода исследования встречаются гораздо реже. Сошлемся на исследование «Индекс социального неблагополучия», которое было проведено А.А.Давыдовым [20]. Центральную его часть составляют 8 статистических показателей, обеспеченных государственной статистикой. В работе использованы опросы населения по выявлению остроты социальных проблем, экспертные оценки при выделении показателей, проведен корреляционный анализ связей между показателями, построена модель, выведены коэффициенты. В результате получен средний индекс неблагополучия по стране и отдельным регионам. Изменения индекса фиксируются мониторингом.
Называя такой тип исследования также вторичным, мы имеем в виду прежде всего его опору на статистику, которая представляет собой самостоятельное информационное поле, образованное и опосредованное другими людьми и исследователями, что раньше мы называли «чужой» информацией. В исследовании такого рода используются макропоказатели, которые опосредованы по определению. Широко используются вторичные показатели — коэффициенты, индексы, сами показатели стандартизированы и объективированы, т.е. всюду присутствует опосре-дованность, которая и является признаком вторичности. Исследование как бы делится на две части: первая, статистическая часть осуществлена другими, а аналитическая новая часть — новым исследователем. По схеме исследование такого рода ничем не отличается от мониторингового и классического вторичного исследования, основанного на первичном опросе.
Таким образом, если менять критерии типологизации, можно получать новые типы ВИ, построенные на других основаниях.
Так же читайте про Деловое общение

Информация

Комментировать статьи на нашем сайте возможно только в течении 60 дней со дня публикации.

Популярные новости

Статистика сайта



Rambler's Top100



 
Copyright © НеОфициальный сайт факультета ЭиП