Вы на НеОфициальном сайте факультета ЭиП

На нашем портале ежедневно выкладываются материалы способные помочь студентам. Курсовые, шпаргалки, ответы и еще куча всего что может понадобиться в учебе!
Главная Контакты Карта сайта
 
Где мы?
» » » Антропоцентрическая лингвистика: новые языковые единицы

Реклама


Антропоцентрическая лингвистика: новые языковые единицы

Просмотров: 4056 Автор: admin

Антропоцентрическая лингвистика: новые языковые единицы

 

 

Стало уже общим местом начинать любую научную публикацию пример-но следующим образом: «Смена лингвистической парадигмы …» или «Переход на позиции антропоцентрической лингвистики …». Поймав себя на этой мысли, автор предлагает читателю, понятно, прекрасно знающему и о смене лингвистической парадигмы, и о возникновении различных на-правлений в рамках антропоцентрической лингвистики, и о ней самой, опустить традиционное начало о сути и торжестве антропоцентризма и перейти непосредственно к теме, заявленной в названии работы. Выделе-ние в рамках антропоцентрического подхода новых типов единиц лекси-ческой системы, к сожалению, остается малоизвестным фактом (по край-ней мере, по нашим данным) для широкой лингвистической общественно-сти, в то время как проведение различного рода исследований, изучающих подобные явления, представляется весьма актуальным. Так, к числу ан-тропоцентрических единиц относят следующие: фреймовые (ассоциатив-но-ситуативные) поля, агнонимы и таронимы.

В качестве основания для отдельного рассмотрения данных единиц выступает их способность отражать отношение конкретной языковой личности к эле-ментам своего лексикона и способ существования элементов в ее сознании. Этим свойством антропоцентрические единицы отличаются от их лингвоцен-трических аналогов (лексико-семантических полей, синонимов, паронимов, редких слов и др.), которые, в свою очередь, отражают объективное соотно-шение слов в языке и речи.

Так, лингво- и антропоцентрические единицы оказываются различными по своей природе, основным свойствам, следовательно, и рассмотрение их бу-дет неодинаково. Опознание, например, агнонимов и таронимов возможно только в результате наблюдения за характером речевого поведения говоря-щего человека, в отличие от синонимов, антонимов, архаизмов, жаргониз-мов и других единиц лексической системы, которые выявляются при анали-зе готовых текстов, в отвлечении от субъекта речи. Рассмотрим подробнее антропоцентрические единицы.

Фреймовое поле - «единица лексической системы, представляющая собой совокупность лексических и фразеологических единиц, которые выступа-ют в качестве статистически устойчивых реакций на определенную про-стую единицу лексической системы в свободном ассоциативном экспери-менте».  

Во фреймовых полях реализуются все лингвистические отношения линей-ного и нелинейного характера между словами (парадигматические - отно-шения между единицами, объединенными в парадигму на основе общно-сти интегрального компонента, но различающиеся дифференциальными компонентами значений; синтагматические - отношения между словами, определяемые лексико-грамматическими правилами сочетаемости; эпи-дигматические - иерархические отношения между ЛСВ многозначных слов), которые представлены в лексико-семантических полях, а также вне-лингвистические связи, в том числе иерархические, прагматические и др. Примером неструктурированного фреймового поля может служить сло-варная статья ассоциативного словаря, например:

Муж: жена; верный; любимый; мужчина; мой; объелся груш; ушел; и же-на, пьяница, ревнивый, семья; в командировке, друг, идеальный, любовь, надежный, нежный, опора, отец, сила; будущий, дети, диван, единствен-ный, пьяный, рогатый, супруг; барин, беда, близкий человек, брак, в очках, военный, гуляка, дом, забота, загс, измена, ирония, кольцо, лентяй; мело-драма, молодой; на работе, непостоянный, носки, половина; развод, спутник жены, трезвый, эгоист.

Агнонимы - это лексические и фразеологические единицы родного языка, которые неизвестны, непонятны или малопонятны многим его носителям. В состав агнонимов могут входить неологизмы, редкие слова, архаизмы и историзмы, узкоспециальная лексика, т.е. те языковые единицы, употреб-ление которых вызывает трудности из-за незнания или неточного знания их лексических значений.

Особенно ярко сущность агнонимов как антропоцентрических единиц проявляется при сравнении их с лингвоцентрическим аналогом - редкими словами. Категория «редкие слова» характеризуется исключительно час-тотой употребления слов в речевых произведениях, агнонимы же ничего не сообщают об объективной частотности слов, а полностью сосредоточи-ваются на том, насколько они могут быть не поняты говорящим или слу-шающим. Кроме того, существуют редкие слова, которые не представляют трудностей для большинства носителей. Их можно отнести к «общепонят-ным» лексемам.

Число агнонимов далеко не исчерпывается только редкими словами. На-пример, лексические значения многих заимствованных слов неизвестны или мало известны носителям русского языка (ср., брокер, дилер, ноу-хау, саммит, харизма и др.).

Агнонимы в настоящее время уже достаточно хорошо известны в основ-ном благодаря работам В.В. Морковкина. В своей статье в качестве объек-та лингвистического рассмотрения мы остановимся более подробно еще на одном типе антропоцентрических единиц.

Таронимы (от греч. «путаю, привожу в замешательство») - «единицы лек-сической системы, представляющие собой совокупность лексических и фразеологических единиц, которые устойчиво смешиваются при произ-водстве и/или восприятии речи вследствие их формальной, семантической или тематической смежности».

На основании данного определения можно выделить релевантные при-знаки таронимических единиц:

1) структурный - тароним состоит из пары или цепочки лексических или фразеологических единиц;
2) морфологический - данная пара или цепочка должна включать языко-вые единицы одной части речи, которые обладают некоторым сходством грамматических категорий;
3) формальный - звуковое сходство таронимов (в случае со словосочета-ниями - сходство синтаксических связей);
4) семантический - сходство лексических значений таронимов или их принадлежность одной тематической группе.

Формальный и семантический признаки являются для таронимов альтер-нативыми, т.е. не всегда наличие и того, и другого обязательно (зависит от типа парадигмы). Но именно эти свойства делают возможным существо-вание главного признака данных единиц.

5) функциональный - способность таронимов смешиваться в речи.

В.В.Морковкин называет таронимы «составной единицей лексической системы» (так же, как и фреймовое поле) - это «такие лексические объе-динения, элементы которых связаны между собой отношениями сходства (вплоть до совпадения), противоположности, формально-семантической преемственности (порождения) или иерархии» [1, с. 81]. К составным еди-ницам относятся синонимические ряды, антонимические, омонимические и паронимические пары, эпидигматические и словообразовательные гнез-да, а также гиперо-гипонимические пары, лексико-семантические поля, тематические группы и др. Вероятно, все перечисленные лингвоцентроче-ские единицы и могут быть таронимами.

Исследователи отмечают, что основную массу таронимов составляют па-ронимы (ср., вздох - вдох, зачинатель - зачинщик, командированный - ко-мандировочный, эффективный - эффектный и т.п.). Этот момент создает удобную почву для возражений некоторых лингвистов по поводу нового термина «тароним». Так, И.С. Куликова и Д.В. Салмина считают, что этот термин «вряд ли получит «путевку в жизнь» [3, с.117]. Они указывают на сомнительность его выделения, так как, во-первых, «он явно паронимичен (ср. пароним - тароним)», во-вторых, термин «тароним» дублирует «па-роним» [там же]. На наш взгляд, выделение таронима в качестве полно-правной антропоцентрической единицы может быть продиктовано сле-дующими обстоятельствами. Специалисты по паронимии (О.В. Вишняко-ва, Т.В. Веракша и др.) отмечают, что далеко не все паронимы реально смешиваются в речи (например, белить - белеть, горячий - горючий, крона - корона, огреть - обогреть, описка - отписка и т.п.). К тому же главным свойством таронимов - способностью регулярно смешиваться в речи - об-ладают не только паронимы. «Кроме паронимов, к числу таронимов отно-сятся лексические пары и цепочки, составленные из слов, которые конку-рируют в сознании носителей языка благодаря исключительно содержа-тельной смежности (ср. аншлаг - заголовок, вернисаж - выставка, дата - число, отпетый - завзятый …и др.) [1, с.86]. Таким образом, в состав та-ронимов включаются разнообразные единицы лексической системы, кото-рые имеют общую тенденцию - смешиваться в речи носителей языка.

Тот факт, что из всех единиц паронимы в большей степени подвержены смешению в речи, не вызывает сомнений. Ученые "винят" в этом звуковое сходство паронимов, частичное сходство их морфемных структур, некото-рую близость лексических значений. Например: Здесь студенты произво-дят исследования и эксперименты (вм. проводят); Бакенбарды у Базарова были песчаного цвета (вм. песочного); В Гриневе он видел оружие для выполнения своих коварных замыслов (вм. орудие).

О.В. Вишнякова называет главной причиной взаимозаменяемости паронимов одноместность их ударения. «Именно это психологически затрудняет разгра-ничение смысла созвучных слов, сближая конститутивные признаки слов, препятствуя логической дифференциации их семантики» [4, с.18]. Т.В. Ве-ракша одним из основных факторов, затрудняющим процесс осмысления па-ронимической лексики (и как следствие неточный выбор языковой единицы), считает созвучие слов: «…у говорящего появляется необходимость вначале на уровне мыслительных операций работать с созвучными словами парооппози-ции, а затем выбрать нужный и употребить в речи» [5, с.107]. Кроме перечис-ленных причин, можно назвать еще ряд других, менее очевидных, но также значимых. Взаимозамена паронимов может быть следствием неточного пони-мания значений приставок, суффиксов и смысловых различий, которые соз-даются с их помощью. Причиной может быть неточное представление о ва-лентности каждой единицы парооппозиции. Неучет разного рода сочетаемо-сти наблюдаем в примерах: Рожай и с удовольствием выращивай (вм. расти); Врач-психолог снимал у хоккеистов усталость, волнение, внушал уверенность в собственные силы (вм. веру); Онегин ведет праздничный образ жизни (вм. праздный).

Одной из причин смешения может быть близость, совпадение сфер упот-ребления, что видно из примеров: А у нее есть абонент на посещение бас-сейна? (вм. абонемент); Давай встретимся в поликлинике в восемь часов возле регистрации (вм. регистратуры).

Следует отметить, что на выбор паронима, в том числе ошибочный, может повлиять большая частотность употребления одного из компонентов па-роопозиции: Даже патриарх Иоаким, бывший представитель за царя Василия Васильевича… (вм. предстатель).

Считаем необходимым сказать и о парофонах – разнокоренных созвучных словах, которые включают в паронимы при широком подходе. Основным критерием, по которому становится возможным смешение близкозвучных слов в речи, является звуковое сходство, например: Страховой полюс (вм. полис); Писатель пытается уравновесить разные полисы (вм. полюсы).

Большая частотность той или иной единицы может служить основанием ее неточного выбора: - Мне кто звонил: мальчик или девочка? - Унисекс.

- Гибрид? (вм. гермафродит).

По нашим наблюдениям, парофоны, имея меньше оснований для взаимо-заменяемости, не уступают паронимам по частоте смешения в речи, что обусловлено неточным знанием лексических значений компонентов паро-оппозиции или отсутствием одного из компонентов во внутреннем лекси-коне человека, например: Наверное, вы догадались, что обозначает эта полоса!!! Это наша середина! Меридиана! (вм. медиана).

Повторяя уже известное положение о том, что паронимы и примыкающие к ним парофоны смешиваются в речи гораздо чаще других единиц лексиче-ской системы, мы с достаточной долей уверенности считаем их ядром таро-нимии. К числу таронимов, как мы уже говорили, возможно отнести слова и сочетания слов, которые смешиваются в речи только благодаря содержа-тельному сходству. Это могут быть синонимы, антонимы, омонимы, слова одного семантического поля, фразеологизмы, устойчивые словосочетания, подверженные контаминации. Рассмотрим эти единицы в качестве перифе-рийных составляющих таронимического поля.

При изучении явления синонимии в русском языке наибольшая сложность видится учеными в самой природе синонимов: они выполняют две необ-ходимые, и в то же время противоречащие друг другу, функции – диффе-ренциации и тождества. А.А. Брагина замечает: «Синонимы соединены близостью значений, но в их функционировании ведущая роль принадле-жит различительным – дифференцирующим оттенкам значений» [6, с.11]. Доходит даже до того, что «слова, полностью совпадающие по значению, все чаще рассматриваются как лексические дублеты, варианты и т.п., а подлинными синонимами начинают считаться слова, непременно расхо-дящиеся по значению» [7, с.217]. Отсутствие однозначности при интер-претации синонимии становится причиной появления в лингвистике раз-личных классификаций синонимов, и в зависимости от того, к какому типу относится тот или иной синоним, определяется его способность к нейтра-лизации в определенных позициях. Известно, что полных синонимов практически не существует, поэтому господствующую роль в языковой системе приобретает квазисинонимия (квазисинонимы – слова, имеющие общую часть значений, но различающиеся по одному или нескольким се-мантическим признакам).

По мнению С.В. Лебедевой, выделение как квазисинонимов, так и абсо-лютных синонимов спорно, потому что «для носителей языка существует значительно более широкий круг пар или групп слов, идентифицируемых в качестве сходных по своему значению чем те, которые зарегистрирова-ны в имеющихся словарях синонимов» [8, с.25]. Автор говорит о проксо-нимах как единицах, сигнализирующих субъективно переживаемую бли-зость значений. На наш взгляд, данная позиция может привести к рас-смотрению синонимии как безграничного и лишенного закономерностей организации явления, что, в свою очередь, сделает изучение смешения синонимов довольно спорным.

Взаимозамена синонимов возможна, но не в любом контексте может быть оправдана. Так, бывают случаи нивелирования существенных различий между синонимами, например: Пользователь обзывает себя “Mega D” (вм. называет); Запрет на грубое отношение к своему семьянину (вм. члену семьи); У меня такое чувство эксклюзивное. Оно то приходит, то уходит (вм. уникальное).

В.Е. Салькова считает, что существуют два вида взаимозаменяемости лек-сических единиц: 1) денотативная – слова имеют различные значения и могут заменять друг друга только на основе того, что они называют один и тот же предмет или явление; и 2) семантическая, которая предусматривает необходимость общности компонентов значения (при этом она может быть а) полная, что возможно при условии тождества всех компонентов значения; и б) частичная, что возможно лишь в некоторых контекстах) [9, с.24]. Следовательно, именно при употреблении квазисинонимов сущест-вует вероятность появления речевых ошибок вследствие таронимии, на-пример: Я была шокирована красотой этих мест (вм. поражена); Грибое-дов изобразил в комедии разложение дворянского класса на два лагеря (вм. расслоение).

Встречаются и случаи смешения антонимов, «при этом происходит нейтра-лизация дифференциальных семантических компонентов, противопостав-ляющих их друг другу» [10, с.142], например: Когда наступила война, его демобилизовали на фронт (вм. мобилизовали); Это произведение Лермонто-ва было высоко оценено не только современниками поэта, но и его предше-ственниками (вм. потомками). Как известно, антонимы имеют в основе се-мантического соотношения интегральный признак (сему), по которому они и противопоставляются. Именно наличие общей семы и делает возможным смешение антонимов в речи.

Нарушения в употреблении фразеологизмов также могут являться следст-вием таронимии. Подобное утверждение видится возможным в силу нали-чия общих у названных единиц свойств, создающих условия для их сме-шения в речи. В.А. Ицкович и Б.С. Шварцкопф [11, с.188] выделили два типа формальных преобразований лексического (компонентного) уровня организации фразеологических единиц: «внутриединичный» - «замена лексического компонента фразеологической единицы другой лексемой в тексте» (например: На центральной городской площади варварски слома-ли они серебристую ель – хотели произвести эффект на какой-то сомни-тельной вечеринке (вм. произвести впечатление) и «межъединичный» тип нарушений - «контаминация в различных комбинациях лексических ком-понентов двух фразеологических единиц в составе их модификации, пред-ставленной в тексте» (например: От ваших слов у меня волосы стынут в жилах (вм. волосы встают дыбом или кровь стынет в жилах); Мы никак не можем найти консенсус (вм. найти компромисс или прийти к консенсусу). Замена компонентов в устойчивых словосочетаниях часто возникает как следствие отождествления (в сознании говорящих и пишущих) лексиче-ских структур словосочетаний, близких по значению. В.А. Ицкович, Б.С. Шварцкопф [там же:190] называют такие признаки фразеологизмов, кото-рые обеспечивают их взаимодействие:

1) содержательное сходство: Это не значит, что в свободное время человек будет бить балду (вм. бить баклуши или пинать балду);
2) обладание общими или сходными компонентами: …деньги пла-тить будет хоть по гроб доски (вм. по гроб жизни или до гробовой доски);
3) обладание общей или сходной синтаксической структурой: Я вы-бивался из кожи, но у меня так ничего и не получилось (вм. лез из ко-жи или выбивался из сил).

Кроме того, группе фразеологизмов и устойчивых словосочетаний, на наш взгляд, близки синтаксические конструкции, смешение которых осущест-вляется вследствие формальной и смысловой близости управляющих слов, например: обоснованный на чем (вм. обоснованный чем или основанный на чем).

Все перечисленные единицы, как нам кажется, будут находиться на пери-ферии поля таронимии, так как квалификация их как таронимических тре-бует дополнительных теоретических изысканий и анализа языкового ма-териала.

Библиографический список

1. Морковкин В.В., Морковкина А.В. Русские агнонимы (слова, которые мы не знаем). М., 1997.
2. Русский ассоциативный словарь. Книга 1. Прямой словарь: от стимула к реакции. М., 1994.
3. Куликова И.С., Салмина Д.В. Введение в металингвистику (системный, лексикографический и коммуникативно-прагматический аспекты лингвис-тической терминологии). Спб., 2002.
4. Вишнякова О.В. Паронимия в русском языке. М., 1984.
5. Веракша Т.В. Функционально-семантическая дифференциация паронимов русского языка. СПб., 2000.
6. Брагина А.А. Синонимы в литературном языке. М., 1986.
7. Апресян Ю.Д. Языковые аномалии: типы и функции// Филологические исследования. М.-Л., 1990. - С.50-71.
8. Лебедева С.В. Синонимы или проксонимы? Курск, 2002.
9. Салькова В.Е. Некоторые проблемы синонимии в языке и речи. Саратов, 1971.
10. Цейтлин С.Н. Речевые ошибки и их предупреждение. М., 1997.
11. Ицкович В.А., Шварцкопф Б.С. К типологии формальных отклонений от фразеологической нормы//Литературная норма в лексике и фразеологии. М., 1983. - С.182-196.



Популярные новости

Статистика сайта



Rambler's Top100



 
Copyright © НеОфициальный сайт факультета ЭиП